Нимфетомания 6

Нам так часто твердят со всех сторон, что педофилы -- зло, негодные, пропащие люди. Неокрепший духом педофил рискует сам поверить в это. А поскольку не быть педофилом он не может, он ищет себе иное спасение: в смаковании своей "чёрной стороны", своей греховности, в разговорах про демонов и горение в аду. Может показаться, что в этом есть какая-то поэзия, но никакой поэзии тут нет, только мрачная рефлексия, которая сковывает.

Важно понимать, что на самом деле педофил -- хороший человек (при прочих равных), потому что он любит детей, а любовь -- это не может быть плохо.

Давайте внесём ясность. Совращение, развращение, растление -- всего этого в природе нет. Эти привидения живут лишь в умах людей, поражённых религиозной проказой. Живут до тех пор, пока высшее проявление любви (я говорю про секс) именуется грехом, отсутствие сексуального опыта кокетливо иносказуется словом "невинность", а его приобретение сравнивается с разложением. Пока несчастные прячут глаза и краснеют и отпускают глупые шутки, едва лишь касаясь в разговоре такой простой и естественной темы (да, друзья, я снова про секс).

Просто поразительно, насколько эти извращённые догмы оказываются живучи. Даже люди, казалось бы, свободолюбивые, даже, не побоюсь сказать, бунтари носят в себе эту впитанную с малолетства заразу: убеждение в том, что в сексе есть что-то грязное и недостойное. В итоге получаем клубок проблем. Я уже не говорю сейчас об очевидных (как педоистерия). Но эти сомнения и терзания -- они ведь тоже имеют практический эффект. Держа в голове мысль о злодействе, вы программируете себя на причинение вреда ребёнку, вы программируете ребёнка на восприятие ваших действий как спорных и, возможно, опасных. Это может показаться странным, но одни и те же действия могут оставить совершенно различный след в сознании ребёнка в зависимости от вашего к ним отношения. Вступая в половые отношения с ребёнком, важно чувствовать, что вы делаете только хорошее, или, по крайней мере, не делаете ничего плохого -- тогда может быть счастье.

Давайте же дружно возлюбим себя и данный нам свыше дар по-настоящему любить детей. И не будем отравлять себя сомнениями, а будем делать этот мир лучше. Только очень осторожно, конечно же.